Подписка
главная Блог День 21. Дорога семи озер. 3967 км

День 21. Дорога семи озер. 3967 км


2014-01-13

 
 
Я
 
- Я из России – ответил я на традиционный вопрос моего случайного попутчика, в компании которого  делил ужин в местечке Дина Уапи, что находится на северной оконечности озера Науэль-Уапи 
 
- А он - из Африки! – радостно выкрикнула девчонка из этой же компании и громко и продолжительно засмеялась, заразив своим смехом всех, кто сидел за столом. Эта аргентинка, имя которой я так не запомнил, вообще, много смеялась той ночью …
 
- Я не из Африки, а из Буэнос-Айреса. Я певец! – недовольно буркнул задававший мне вопрос чернокожий парнишка, но потом тоже улыбнулся. – Мы тут все вместе отдыхаем
 
Мой на редкость трудный и удивительно красивый день заканчивался весело и непринужденно. Теплая, почти горячая вода бассейна, из которого я недавно вылез, смыла пыль, напряжение и усталость непростой дороги. Не знаю, чем я был опьянен больше - потрясающее красивым закатом на берегах озера Науаль-Уапи или вином, которым меня угостили за этим столом, но факт оставался фактом – я преодолел двести пятьдесят километров горного серпантина и сейчас в легком состоянии прострации валял дурака в аргентинской компании.
 
Итак, к семи утра взошедшее над озером Карруэ солнце согрело своими лучами мою палатку со всем его отмороженным содержимым. Я снова зашевелился, и как зашевелился! Сам себе не прощу!
 
Я стал карабкаться, на мотоцикле, разумеется, по узкому горному серпантину из песка и камней наверх, в сторону чилийской границы. И хотя я ехал то на первой, то на второй передаче и предусмотрительно сигналил перед каждым поворотом, меня все же пару раз едва сшибли встречные джипы. Но нет, не сшибли, предоставив мне шанс самостоятельно сгинуть в этом довольно пустынном месте… 
 
По дороге обратно, теперь уже, соответственно, на крутом спуске, когда тяжелый мотоцикл сносило юзом то вправо, то влево, задача усложнилась - у меня появилась прекрасная возможность выехать за обочину и скатиться вниз … Но и это я выдержал. Кстати, в отличие от двигателя, который после двух часов издевательств на первой передаче закипел и мне пришлось делать паузы, давая ему передышку. Однако, даже это было баловством, потому что потом …
 
No arranca!!!
 
Мать твою!!! 
 
Опять пропало зажигание!
 
Черт, ну почему я не заправился!!! Лучше было постоять полчаса в очереди на заправке, чем полдня  этом пустынном месте! Покачал мотоцикл вправо-влево. В баке булькнуло. Я замер. Качнул мотоцикл снова – снова булькнуло. 
 
«Хм, может толкнуть?» - подумал тогда я. И толкнул. 
 
- Поеееехали!!! – раздался мой победный клич, ибо я еще не знал, что играть в эту игру «тяни-толкай» мне предстоит еще шесть часов и двести тридцать километров …
 

 
 La Cancion del Linyera (Песня бродяги)

Помахав на прощание Сан Мартину, я отправился в путешествие по Дороге семи озер. Мне предстояло проехать до Барилоче по дорогам №231 и №40.  Особенность этой дороги в том, что она петляет среди семи живописнейших (ненавижу это слово!) горных озер, бесчисленное количество раз спускается и поднимается с 800 до 1000 метров и обратно, открывая прекрасные виды на горные долины с домиками местных фермеров и бродящей вокруг них скотиной, на водные глади, то отражающее серебром солнечный свет, то поглощающие его в свои сине-зеленые глубины.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Одним словом, я был в положении, которое можно было охарактеризовать только одним словом - «тяжелое», поскольку убитый аккумулятор моего железного коня каждый раз ставил меня перед нелегким выбором. Либо осторожно крутить по сторонам головой и радостно проноситься мимо всей этой неземной красоты, либо останавливаться и отдаваться ей сполна, но потом дорого платить за полученное мимолетное удовольствие, ибо после каждой остановки мне приходилось по 5-10-15 минут толкать перед собой двести пятьдесят килограмм железа до тех пор, пока оно не зарычит. И хорошо, если толкать приходилось под горку, если же нет – то процесс растягивался надолго, до тех пор, пока ко мне не присоединялись проезжавшие мимо велосипедисты или просто местная детвора. Arranca, блин!  

Вот так вот, весело и с активными физическими упражнениями я доехал до северной оконечности озера Науэль-Уапи, чтобы не менее весело провести остаток этого необычного дня.
 
  


 
Че Гевара
 
08/02/1952
 
Альберто
 
«Мы спали около мотоцикла, укрывшись брезентом палатки (было лень ставить ее только на одну ночь), а утром выехали по направлению к Барилоче. Через почти одиннадцать часов пути мы выехали к знаменитому озеру Науа’ль-Уа’пи, где и находимся сейчас.
Пытаться описать его – то же что повторять общие фразы. Как выразить словами изменяющийся цвет вод и неба, величие заснеженных пиков и спокойствие всего пейзажа? Все, что я могу сказать, - мы снова, не сговариваясь, свернули с дороги, и дошли почти до самой воды. Мы с восхищением смотрели на это великолепие, открывавшееся перед нами при слабом свете гаснущих лучей солнца. Скоро уже только огни нашего костра мягко освещали кусочек берега и позволяли разглядеть цветущую крону мирта, под которым мы устроились на ночлег.

... Передо мной простирается озеро, прекрасного голубого цвета – до определенного момента. На закате оно превращается в посеребренную волнистую поверхность. Впереди возвышаются величественные Анды, укрытые синеватой дымкой, еще сильнее оттеняющей их красоту. Наблюдая, как солнце скрывается между двумя снежными пиками, я стараюсь собраться с мыслями, чтобы суметь более или менее подробно описать все мельчайшие, но очень важные для меня, события прошлой недели».
 
Эрнесто
 
«Мы решили направиться в Барилоче по маршруту, обозначенному как «семь озер», поскольку ровно столько их окружает дорогу до въезда в город. И, как всегда, первые километры мотор «Богатыря» работал размеренно и спокойно, и нам удалось избежать сколько бы то ни было серьезных технических неполадок ...

Мы возобновили путь, огибая озера разной величины, по берегам которых высились девственные леса; природные запахи ласкали наши ноздри; тем не менее, приходилось сталкиваться с весьма неожиданным и еще менее приятным фактом: за удивительной красоты поворотом вдруг открывался аккуратный домик, окруженный ухоженным садиком… 

Наконец мы доехали до северной оконечности озера Науэль Уапи … Австрийский фермер, в молодости бывший автогонщиком, разрываясь между желанием помочь товарищам по несчастью и страхом перед хозяйкой, предоставил нам приют в заброшенном бараке. На своем ломаном языке он рассказал, что в здешних краях водится чилийский тигр.

— А чилийские тигры, они злые! Бросаются на человека без всякого страха, и грива у них длиннющая и светлая.

Запирая дверь, мы обнаружили, что закрывается только нижняя часть — как в лошадином стойле. В головах у себя я положил револьвер, на случай, если чилийский тигр, чья тень витала у нас перед глазами, вздумает нанести нам неурочный визит посреди ночи.

Уже светало, когда я проснулся оттого, что кто-то царапается в дверь. Альберто рядом со мной весь обратился в слух. Я сжал рукоятку револьвера со взведенным курком, чувствуя, как пара светящихся глаз в упор смотрит на меня из тени деревьев. По-кошачьи, распрямившись как пружина, черное массивное тело метнулось вперед, стараясь протиснуться в верхнюю часть двери. Что-то инстинктивное, рвущее путы разума, заставило меня спустить курок; гром выстрела на мгновение сотряс стены барака, в отверстии появился свет зажженного фонаря, послышались отчаянные, обращенные к нам крики, но мы робко притихли, понимая их причину, и уже различали оглушительные вопли хозяина дома и истерические рыдания хозяйки над трупом Боби — противного, вечно ощеренного пса.

Альберто поехал в Ангостуру, чтобы все уладить, а мне пришлось, дожидаясь его, провести ночь под открытым небом, поскольку нельзя было просить приюта в доме, для обитателей которого мы были убийцами».
 
 
        Эрнесто Че Гевара. Дневники мотоциклиста. Дорога семи озер


Russia Today Наше Радио Год Весны Livejournal
яндекс.ћетрика